Мои поездки по Средней Азии в 1976 и 1978 гг. (Продолжение). Фергана

В Фергану наш поезд прибыл  рано утром 17 мая 1976 года.
Она расположена на южном краю Ферганской долины в 420 км от Ташкента на высоте 580 м над уровнем моря.



Город основан русскими военными в 1877 году через два года после завоевания Кокандского ханства и присоединения его к Российской империи.
Коканд не подходил на роль административного центра, поэтому было решено построить новый город недалеко от древнего Маргилана и первоначально его называли Новый Маргилан, потом он стал Скобелевым, а с 1924 г. Ферганой.
В городе нет памятников древности и культовых мест. Экскурсия по нему  даже не была для нас запланирована, вместо этого нам устроили выезд «на природу» - погрузили в автобусы и повезли в горы на Голубое озеро (Курбан-куль). Это в 55 километрах к югу от Ферганы, в Алайских горах.
Мы ехали по долине вдоль бурной речки. Был яркий солнечный день. От горных пейзажей захватывало дух.
Думаю, что горы – самое величественное в мире зрелище. Впервые я их увидела в девятом классе в Орджоникидзе (нынешний Владикавказ), когда участвовала в слете школ, носивших имя Кирова. Там для ленинградцев организовали экскурсию на Военно-Грузинскую дорогу. Тогда-то я впервые и увидела Кавказские горы. 
Впереди по ходу нашего автобуса открылось то, что я поначалу приняла за облака. Потом, присмотревшись, я осознала, что это горы. Они уходили в небо, у меня перехватило дыхание. Вспоминаю и чувствую, что не могу не процитировать Лермонтова:

«Хотя я судьбой на заре моих дней,
О южные горы. оттогнут от вас 
Чтоб вечно их помнить, там надо быть раз...»

И вот теперь солнечным майским утром 1976-го года я смотрела на Алайские горы. Я не задумывалась, что это  суровая  среда, и  что она безжалостна к человеку. Я просто ими наивно любовалась и восхищалась. Или, так уж просто? Может быть, как раз подспудное ощущение их грозной  опасности  притягивало и придавало остроту  восхищению? Но тогда я не копалась в себе,  только радовалась солнцу и окружающей красоте.
А в эти самые минуты на другом конце Узбекистана, в недрах предгорий хребта Кульджуктау произошли тектонические подвижки, и в результате в 7 часов 59 минут утра Газли, город нефтяников и газовиков, был полностью разрушен.
Землетрясение длилось чуть больше минуты, но оставило после себя одни руины. Сила толчка в городе была девять баллов.
В Бухаре, куда нам предстояло приехать через три дня, было семь баллов, в Ташкенте, где мы были накануне, – пять.
К счастью, в Газли люди к этому были готовы, и обошлось малыми жертвами.
Того, что земля содрогнулась, мы в Фергане не почувствовали, и ни о чем не подозревали.
Озеро Курбан-куль, куда мы весело ехали в счастливом неведении о том, что происходит за нашей спиной, расположено в окружении гор Алайского хребта, на высоте 1700 м над уровнем моря. Оно образовалось в середине 18-го века в результате схождения мощного селя, вызванного землетрясением.
Сель перегородил реку и похоронил под собой целый поселок.
У местных жителей, существует поверье: повяжешь на дереве рядом с озером лоскуток – оставишь здесь все болезни.
Озерцо небольшое 170 м в длину и 50 м в ширину, но глубокое (10 м) и очень холодное. Температура воды всего 5 градусов.
Ни о каком купании, естественно не могло идти речи.
Наши туристы на радостях разделись и обгорели дотла.
Я предусмотрительно предпочитала тень.
Озеро находится в 7км от поселка Шахимардан (Хамзаабад). Мы его проехали мимо.

Мои поездки по Средней Азии в 1976 и 1978 гг. (Продолжение). Ташкент

Когда я смотрю на свои фотографии среднеазиатских городов тридцатипятилетней давности и сравниваю с современными снимками тех же мест, опубликованными в интернете, то вижу, что я путешествовала по городам, которых уже нет. Некоторые места изменились, до неузнаваемости. К Ташкенту, который видела я, эта ремарка относится в полной мере.
Иногда я смотрела и с трудом верила, что моя фотография сделана именно на этом самом месте, которое так преобразилось. Приходилось даже сверяться с картой, опубликованной на http://wikimapia.org/#lat=41.3101792&lon=69.2329216&z=13&l=1&m=b

Я не хочу давать этому оценку. Чтобы оценить, надо увидеть своими глазами. Я только констатирую: сейчас многое по-другому.

Моих ташкентских снимков, естественно, тоже немного. Тогда мои фоторесурсы были ограничены, и я не могла снимать столько, сколько снимаю сегодня.
Из трехнедельной туристической поездки я привезла снимков меньше, чем сейчас делаю на часовой прогулке.

В общей сложности, за две поездки, я провела в Ташкенте два дня и увидела то, что в те времена обычно показывали туристическим группам, приезжавшим в город на короткий срок.  В основном это были памятники и архитектурные сооружения советской эпохи.

Хотя Ташкент один из старейших городов на территории бывшего СССР, в истории он не играл такой выдающейся роли, как, например, Самарканд, поэтому в нем нет многочисленных древних и величественных сооружений. Его настоящий рост и развитие начались только после включения среднеазиатских территорий в состав Российской империи. В 1867 русские сделали Ташкент центром Туркестанского генерал-губернаторства. С этого времени город начал развиваться.
Известно, что Ташкент находится в сейсмоактивной зоне. Последнее из череды происходивших там разрушительных землетрясений пришлось на советский период его истории. Оно произошло 26 апреля 1966 года в 5.23 утра. Его эпицентр находился в центре города.

Наш экскурсовод эмоционально рассказывала нам, что сначала был нарастающий гул и даже свет, поэтому люди успели выскочить из домов. Прямых жертв, она сказала, было 10 человек, а косвенных – умерших от сердечных приступов, инсультов и т.п. около 1000.
Земля просто поднялась и опустилась. В результате центр города оказался в руинах.
На 2-ой день прилетели Брежнев с Косыгиным, посмотрели на масштабы, создали комиссию, и в Ташкент потекла помощь и деньги. Его восстанавливала вся страна.

Когда я приехала туда в мае 1976-го года, центр был полностью отстроен заново. Им гордились, его в первую очередь показывали туристам. Он поразил меня своими пространствами, современными зданиями, комплексами фонтанов. Ничего, подобного площади Ленина и аллее Парадов, я до того не видела.
В 1975 году коллектив авторов за застройку центральных площадей Ташкента получил Государственную премию.
На площади в 1974-ом году был установлен и новый памятник Ленину. Его автор, скульптор Томский тоже, конечно, получил Государственную премию. Предыдущий памятник работы Манизера был передан в Самарканд.

От площади Ленина, которую я видела тогда, мало что сохранилось сейчас. После 1991 года по ней в прямом смысле прошелся бульдозер «независимости». Сейчас она не только переименована в площадь Независимости, но и полностью изменила облик.

Посмотрите мои фотографии, сделанные в Ташкенте в поездках 1976 и 1978 гг.

Мои поездки по Средней Азии в 1976 и 1978 гг. (Начало). Оренбург, Казахстан

Мы открываем для себя прописные истины только, когда постигаем их на собственном опыте. Одна из них: «Чтобы что-то оценить, это нужно утратить ».
Чтоб понять, насколько тебе дорог твой Дом и твой Мир, с ними нужно расстаться, хотя бы ненадолго. Для этого существует традиционный способ – путешествие. В быту это называется «сменить обстановку» или «развеяться». Если «обстановка» в корне отличается от родной, то эффект от погружения в новую, а потом возврата в привычную, может оказаться ошеломляющим. Разумеется все зависит от вашей впечатлительности.
Со мной такой культурный шок случился после поездки в Среднюю Азию. Горячий солнечный, но чужой, мир удивил, поразил, обжег, и подарил глубокое понимание, что, как бы я ни любила тепло и солнце, я родом из серого облачного неба, влажной зелени и моросящего дождя. Я, как и многие, всего лишь хотела увидеть Восток: Самарканд, Бухару, медресе, минареты, мавзолеи, восточные базары, Каракумы, а мое открытие стало неожиданным «побочным эффектом», «бонусом».

В Средней Азии я побывала дважды. Оба раза по туристическим путевкам.
В 1-ую поездку, в мае 1976 года, я объехала серию городов на поезде «Ленинградец», а во 2-ую, два года спустя, тоже в мае, летела туда и обратно на самолете, а из города в город переезжала на автобусах.
Сейчас, когда хулят Советский Союз и эпоху застоя, говорят, что все было хуже некуда, мне это странно.
В 70-е я была инженером, молодым специалистом, с зарплатой 120 рублей, и, тем не менее, могла позволить себе такое путешествие «за тридевять земель», даже если бы полностью оплатила его стоимость. А мои путевки были еще и частично оплачены профсоюзом.
Да, я не могла выехать за границу, и это несколько угнетало, но в моём распоряжении была одна шестая часть земной суши от Прибалтики до Камчатки.

Но к теме.
Мой железнодорожный круиз в 1976-го года на туристическом поезде продолжался три недели. Мы проехали по маршруту: Ленинград - Оренбург - Ташкент -Фергана - Самарканд - Бухара - Душанбе - Ашхабад - Чарджоу - Волгоград - Ленинград.
Купе, в которое я попала, оказалось смешанным – две женщины и двое мужчин.
Была у нас в стране такая странность – в гостинице вы, не могли поселиться в одном номере с посторонним мужчиной, а в купе поезда и в каюте теплохода сколько угодно.
В поездках мне почти всегда везло на людей. И в этот раз тоже. Три недели наша купейная разнополая разновозрастная компания жила душа в душу. Я была самая младшая, и меня все опекали.
В вагоне все быстро перезнакомились и сдружились.
Среди туристов были и пожилые люди, не побоявшиеся бытовых неудобств и физических нагрузок.

Дендропарк «Южные культуры» 25 лет назад

В Адлере в 3 км от городка, недалеко от левого берега Мзымты есть небольшой уютный парк «Южные культуры».
Парк был основан генералом Драчевским в 1910-1911 гг. на землях его имения Случайное и был создан по проекту садового инженера Арнольда Эдуардовича Регеля, сына Эдуарда Людвиговича Регеля, известного ученого-ботаника, директора Императорского ботанического сада в Петербурге с 1875 по 1892 год.
Потом на этих землях в 1929 году был образован совхоз «Южные культуры», и парк вошел в его состав.
В советское время парк не заглох и продолжал развиваться.
Совхоз был крупным хозяйством по выращиванию экзотических деревьев и растений, но парк не уничтожили, его сохранили и  поддерживали. В конце 1930-х здесь были высажены декоративные растения, завезенные из стран Востока, а потом в 1950-х еще провели большую высадку растений.
Мне довелось побывать в парке в 1982 и в 1985 годах. Меня привел туда один из сослуживцев, с которым мы были в командировке в Адлерском аэропорту. Я полюбила парк с 1-го посещения, и потом  уже почти каждый день приходила туда и одна и не одна, чтобы побродить среди его чудесных пейзажей и посидеть в тени на скамеечке в облаке ароматов среди цветущих экзотических растений.
До сих пор, у меня хранятся две большие шишки гималайской сосны, которые я привезла оттуда на память.
Оба раза я была там в мае, когда цветет все: ирисы, акации, бульдонежи, рододендроны, азалии, глицинии, розы. Райский садик. В водоемах плавали лилии. Сами водоемы были оформлены очень живописно – с искусственными островками и мостиками. В прудах мелькали змейки. Последнее обстоятельство мне не очень понравилось, но придало в моих глазах парку естественности.
В парке была великолепная аллея из тюльпановых деревьев и платанов. Кстати, тюльпановые деревья тоже цвели.
Парк был живописен, немноголюден. Ухоженность сочеталась в нем с, якобы, некой «запущенностью». Впрочем, может быть у администрации и на самом деле не до всего доходили руки.
Все о чем я рассказываю, я видела около 25-и лет назад. И хотя, я пишу обо всем то в настоящем, то в прошедшем времени, я делаю это с некоторым внутренним сомнением. На самом деле я не знаю, что в парке осталось от того, что я некогда видела. За эти годы по его территории прошло несколько смерчей и перестройка. Уж и не знаю, что было страшнее. Он чуть было не погиб, но чудом все-таки уцелел. Я прочитала, что сейчас его восстанавливают, стараясь придерживаться плана его создателя, Арнольда Эдуардовича Регеля. Очень хотелось бы увидеть, что же у них получится, когда работы будут закончены.
К сожалению, старых пейзажных снимков у меня очень мало, а те, что были когда-то мною сделаны, не дают представления о той прелести парка, которую я тут с восторгом воспеваю. Но уж, что есть.
Вот таким я его видела в 1982 и 1985 году.